ПРОРОК МУХАММАД (мир ему и благословение) СКАЗАЛ: "ПРИОБРЕТАЙТЕ ЗНАНИЯ, ИБО ЭТО - БОГОБОЯЗНЕННОСТЬ, СТРЕМЛЕНИЕ К НИМ - ЭТО ПОКЛОНЕНИЕ (ибадат), ОБСУЖДЕНИЕ ИХ - ЭТО СЛАВОСЛОВИЕ (тасбих), РАССПРОСЫ, СВЯЗАННЫЕ С НИМИ, – ЭТО ДЖИХАД, ОБУЧЕНИЕ ИМ НЕЗНАЮЩЕГО - ЭТО МИЛОСТЫНЯ (садака), ПЕРЕДАЧА ИХ ДОСТОЙНОМУ – ЭТО ДЕЯНИЕ, КОТОРОЕ ПРИБЛИЖАЕТ К АЛЛАhУ. ЗНАНИЯ ОЧЕРЧИВАЮТ ГРАНИЦУ МЕЖДУ ДОЗВОЛЕННЫМ (халяль) И ЗАПРЕТНЫМ (харам), ОНИ – СВЕТИЛА НА ПУТИ В РАЙ, РАЗВЛЕЧЕНИЕ ПРИ ОДИНОЧЕСТВЕ, ДРУГ НА ЧУЖБИНЕ, ТВОЙ СОБЕСЕДНИК, КОГДА ТЫ ОДИН, ПРОВОДНИК В РАДОСТИ И ГОРЕ, ОРУЖИЕ ПРОТИВ ВРАГОВ И ТВОЕ УКРАШЕНИЕ СРЕДИ ДРУЗЕЙ...
Главная > Светочи Уммы > ВЕЛИКИЕ ПРАВЕДНИКИ

ВЕЛИКИЕ ПРАВЕДНИКИ

‘АЛИ РАМИТНИ

Он второй из преемников (халифа) хаваджа Махмуда Фагнави (да будет свята его душа). Его также называли ‘Азизан. Утверждают, что перед смертью хаваджа Махмуд передал право на духовное наставничество господину ‘Али Рамитни (‘Азизану) и отправил других сподвижников к нему. Цепь Накшбандийского тариката (силсила хаваджа Бахауддина) связана с Махмудом Фагнави посредством двух шейхов.‘Али Рамитни (да будет свята его душа) родился в деревне Рамитни, что в двух фарсахах от Бухары. Его могила находится в Хорезме, и многие совершают зиярат к ней, прося Аллаhа благословения и получая благодать (баракат).
Он часто повторял: «Вспоминайте Аллаhа во всех ситуациях, особенно во время разговора и приема пищи».
Шейх Рукнутдин (да будет свята его душа) был современником ‘Али Рамитни, они переписывались друг с другом. Как-то шейх Рукнутдин написал ему письмо с тремя вопросами.
Первый вопрос (шейха Рукнутдина) звучал так: «Оба мы служим бедным и несчастным. Ты не утруждаешь себя добыванием пищи, в отличие от меня. месте с тем люди благодарят тебя и довольны тобою, а мною все недовольны и жалуются на меня. В чем причина?»
Шейх Рамитни (да будет свята его душа) ответил: «Многие оказывают милость, предоставляя свои дары людям, нуждающимся в милости, но мало кто из них способен принять милостыню [из чувства стыда и гордости]. Поэтому старайся не быть благодетелем, и ты не обнаружишь ни одного из них [людей] жалующимся на тебя».
Второй вопрос: «Я слышал, что ты получил воспитание от Хизри (мир ему). Как это можно понять?»
Ответ: «Поистине, у Аллаhа есть рабы, очень любящие Его, и Хизри (мир ему) любит тех, кто влюблен в Него».
Третий вопрос: «Я слышал, что ты исполняешь зикр вслух (способом зикр аль-джахри). Откуда у тебя такое право?»
Ответ: «Я также слышал, что ты исполняешь зикр-хафи. То, что услышит еще кто-либо, кроме тебя, есть громкий зикр-джахри. Следовательно, зикр, который вы исполняете, также является зикром-джахри».
СаЙфуддин Фида (да смилуется над ним Аллаh), один из великих ученых того времени, спросил шейха ‘Али Рамитни (да будет свята его душа): «С каким намерением вы исполняете зикр-джахри?» Тот ответил: «Ученые сошлись на том, что мусульманину можно исполнять зикр-джахри («Ля иляха илляллах»), когда он находится при смерти, готовясь испустить последнее дыхание, ссылаясь на Хадис Пророка Мухаммада (салляллаhу’аляйхи ва саллям). «Громко произносите рядом с умирающим свидетельство «Нет божества, кроме Аллаhа», чтобы умирающий вслух повторил эти слова». А для суфиев каждый вдох является последним. Они (суфии) в положении тех, кто находится при смерти».
Наш сайид – шейх Бадруддии Майдани (да будет свята его душа) спросил шейха: «Аллаh повелел нам часто и много исполнять зикр. Ведь об этом говорят Его слова [смысл]: «Вспоминайте Аллаhа частым поминанием [зикром]!» (Кур`ан 33 ; 41). Что же это -зикр-джахри, исполняемый языком, или зикр-хафи, исполняемый сердцем?»
‘Али Рамитни ответил; «По отношению к начинающему мюриду – это зикр, исполняемый языком, а от достигшего конца пути тариката требуется зикр-хафи, исполняемый сердцем, потому что начинающий мюрид испытывает трудности в зикре и не щадит свою душу. Что касается прошедшего до конца суфийского пути тариката, если его сердце испытывает воздействие от исполняемого зикра, то все части его тела станут поминать Аллаhа. В итоге такой суфий часто и многократно будет исполнять зикр. Его труды одного дня будут равны трудам начинающего мюрида в течение целого года».
Шейх ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) говорил: «Муршид должен в первую очередь знать степень подготовленности салика и его способности и только потом должен обучать его зикру и воспитывать в соответствии с его подготовленностью».
Тот, кто принялся воспитывать мюридов и наставлять на правильный путь, подобен тому, кто берется растить птицу, и поэтому прежде должен знать, сколько может вместить зоб этой птицы, а потом кормить ее сообразно этому.
Шейх (да будет свята его душа) говорил: «Салику необходимо приложить много усилий и заниматься самовоспитанием (рийада), чтобы достичь высокого состояния и положения».
Существует и другой способ, заключающийся в стремлении мюрида завоевать любовь сердец Авлия (святых, суфийских шейхов), потому что сердца этих людей являются источником божественной мудрости, от них салик может получить свою долю, и в итоге для него станут очевидными их состояния (ахвал). ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) сказал: «Однажды ‘Абдуль-Халика посетил Хизри (мир ему). Шейх поднес ему две лепешки, испеченные из ячменя. Но Хизри не стал есть их. Шейх спросил его: «О мой сайид! Почему ты не ешь лепешки, ведь они халал?». Хизри (мир ему)ответил: «Да. Только тот, кто замесил тесто, не был в омовении. Следовательно, нам нельзя их кушать».
Однажды к ‘Али Рамитни (да будет с&ята его душа) пришли гости. В тот момент в доме не оказалось еды. Шейх вышел из дому в поисках пищи и встретил юношу, который продавал мясо. У него была кастрюля, наполненная бараниной. Юноша обратился к шейху: «Я хотел бы, чтобы ты принял эту кастрюлю, потому что я приготовил эту еду для тех людей, которые мне дороги». ‘Али Рамитни принял этот подарок и поблагодарил юношу. Придя домой, он накормил гостей этой едой.
Позже ‘Али Рамитни сказал юноше: «Проси у меня что пожелаешь, и если Аллаhу будет угодно, твоя просьба тотчас же исполнится». Юноша был умным, поэтому он ответил: «Я хочу быть похожим на тебя внешним обликом и образом жизни». ‘Азизан сказал: «Это трудное дело, ты не в силах будешь вынести это». Юноша со смиренностью вновь повторил; «Это моя цель, другой у меня нет». ‘Али Рамитни взял его за руку и отвел в уединенное место. Там он совершил таваджух. Через час этот юноша стал внешне и внутренне похожим на шейха. Прожив после этого 40 дней, юноша умер.
По велению своего устаза ‘Али Рамитни (Да будет свята его душа) переселился в Хорезм. Когда он прибыл туда, то остановился возле крепостных ворот и отправил человека [посланца], чтобы тот сообщил эмиру города о том, что один бедный ткач намеревается вступить в его владения и жить здесь. Если ему разрешат, то он войдет, а если нет – то он вернется назад. В случае получения разрешения войти в город, посланец должен был взять от эмира письмо с его печатью. Когда посланец шейха ‘Али Рамитни прибыл к эмиру и сообщил о просьбе шейха, эмир и его приближенные стали насмехаться над словами шейха ‘Али. Эмир с издевкой сказал: «Эти люди – самые глупые и скудоумные. Напишите то, что он просит». Посланник шейха взял письмо и принес его шейху ‘Али. Шейх (да будет свята его душа) вошел в город и приступил к занятиям тариката Накшбандийа (Да будут святы их души). Он каждый день шел на городские рынки, останавливался возле мастеров различных ремесел и спрашивал у них: «Сколько вы зарабатываете в день?» Они называли свой заработок. Он говорил им: «Я дам вам вознаграждение. Идите за мной! Совершите омовение в совершенстве, посидим вместе и совершим зикр (восхваление) Аллаhу до захода солнца!» И каждый, кто отозвался на его призыв, благодаря благодати и духовной силе шейха, достиг состояния (халь), которое оберегало от утраты связи с шейхом и влекло к постоянному желанию сопровождать господина ‘Али Рамитни и подражать ему. Не прошло и несколько дней, как число его последователей и мюридов увеличилось. Нашлись люди, которые направились к эмиру с клеветой на шейха: «В ваш город пришел шейх. Вокруг него собралось много людей. Увеличилось число его учеников и последователей. Мы боимся, что от всего этого в твоем царстве может возникнуть смута и хаос, и никто не сможет положить этому конец».
Правитель и его приближенные испугались и решили изгнать его. Когда до шейха дошли эти сведения, он вызвал к себе человека, который был его посланником к эмиру в первый раз. Вручив ему разрешительное письмо правителя, он отправил посланника к эмиру, сказав: «Иди к правителю и передай ему, что шейх вошел в город с его разрешения, и если правитель пожелает изменить свое решение, то шейх покинет город». Когда посланник прибыл к эмиру и передал ему слова шейха и письмо с разрешением, правитель устыдился. После этого эмир посетил шейха, попросил прощения за то, что произошло по его вине, и выразил свои искренние чувства к нему.
Однажды между шейхом и одним из его современников, знатным сайидом по имени Отта аль-Марри, произошла ссора. Однажды тот сайид, холодно встретив шейха, проявил неуважение к нему и грубо обошелся с ним. И случилось так, что в тот же день на город совершили набег тюрки. Они разграбили город и увели много пленных, среди которых был и сын этого сайида. Когда эта горькая весть дошла до сайида, он понял, что этот случай -предупреждение от Аллаhа за грубое обращение с шейхом. Сайид явился к шейху, попросил у него прощения и позвал его и всех ученых и шейхов, которые были на благородном собрании, к себе домой. Шейх ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) догадался о его намерении. Когда все прибыли во двор сайида, его слуга расстелил скатерть и принес угощение. Шейх (да будет свята его душа) сказал: «Я не притронусь к пище, пока сын сайида не придет и не будет есть с нами». Затем он умолк, и все стали смотреть на него. И тотчас постучали в дверь. И когда открыли дверь, то увидели сына сайида. Все впали в страшный испуг. Они подступили к нему и принялись расспрашивать о подробностях его освобождения из плена. Он сказал: «Я сам не знаю, только что был среди тюрков в качестве пленного – и тут же обнаруживаю себя среди вас». А расстояние между двумя странами равнялось 10 дням пути. И все присутствующие выразили свою покорность шейху, увидев его величие и карамат, продемонстрированное им благодаря Аллаhу.
Умер шейх ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) во вторник, в промежутке между двумя молитвами, 28 числа месяца зуль-ка’ада 715 года хиджры (в 1321 году по григорианскому календарю). Говорят, что он прожил 130 лет.
У ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) было двое сыновей – великих алимов, последователей его тариката, – которые еще при жизни отца достигли совершенства и высшей степени познания Аллаhа (гирфан). Один из них шейх Мухаммад Хурду. Ему было 80 лет, когда умер отец. А второй – шейх Ибрахим. Говорят, когда ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) умирал, он дал младшему сыну Ибрахиму разрешение на наставничество после себя. Некоторым его мюридам не давал покоя вопрос: почему шейх не дал разрешение своему старшему сыну, который был гораздо совершеннее и достойнее младшего. Шейх ‘Али Рамитни (да будет свята его душа) сказал: «Поистине, шейх Мухаммад Хурду не останется после меня долго». Мухаммад прожил после своего отца 19 дней и умер. А шейх Ибрахим умер в 793 году по хиджре. Кроме своего сына, у Али Рамитни (да будет свята его душа) были еще четыре преемника. И самым совершенным из них стал Мухаммад Баба Саммаси (да будет свята его душа).
Из книги «Святыни Узбекистана»


This post has been viewed 1123 times.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Светочи Уммы

  1. Пока что нет комментариев.
  1. Пока что нет уведомлений.


© 2011 Danilin.biz — Создание сайтов на Wordpress
© 2011-2020 — Madrasah2.ru